Что делать, когда некуда деться от разлада с жизнью и самим собой? Когда неуютно и зябко, грустно и одиноко, на дворе поздняя ночь, на компьютере – очередная срочная работа, и она не клеится, и не клеится ничего вообще, а сдавать завтра утром? Когда не хочется смотреть ни людям в глаза, ни на себя в зеркало, а жить почему-то надо?

Ну конечно: отправиться на кухню. Открыть холодильник. И – далее разворачивается огромный спектр возможностей.

Например, мы можем найти там миску оставшегося от ужина салата. Когда на зубах упруго, с острой кислинкой, захрустят огурцы, перец, репчатый лук – нам станет иронично и бодро, прохладно и необязательно – легкомысленно и молодо. Можем обнаружить сковородку с жареной картошкой – а повезет, так даже и с курятиной. Не стоит лениться: разогреем. Возьмем горбушку черного хлеба. Хорошо еще маслом ее намазать. Эффект не заставит себя ждать: нам станет уютно и основательно, надежно и плотно – благодарно и добродушно. И ничто так не способствует концентрации на мельчайших деталях бытия, чувству их гармоничной согласованности, как тщательное, задумчивое обгладывание куриных костей.

Ну повернется ли после этого язык сказать, что в жизни нет смысла?! Нет. И не подумает повернуться, потому что будет занят вылизыванием тарелки. (На редкость упорядочивающее душу занятие.) Но даже вылизав тарелку до блеска, наш язык не произнесет такой ереси, потому что осмысленность, оправданность, насыщенность жизни мы только что пережили непосредственно и всем своим существом. Душа встала на место. И не только в теле: в самом мироздании.

А как устроить свои отношения с человеком? Легко догадаться: сесть с ним за один стол, уставленный чем-нибудь вкусным. Еще лучше это вкусное вместе с ним приготовить. А чтобы понять его, полезно съесть (лучше тоже вместе) то, что ему нравится.

А как, приехав в другой город или в другую страну, сделать первые шаги к ним, не только увидеть их праздным взглядом внешнего наблюдателя, но прочувствовать интимно, изнутри, как это дано лишь местным жителям? Ответ вы уже знаете. Надо съесть что-нибудь местное, характерное, лучше всего – не в пафосном, напоказ, ресторане, а прямо в буфете на вокзале. Вкус на языке, плотность и вязкость на зубах расскажут о настроениях и интонациях здешней жизни не меньше, чем толстый глянцевый путеводитель. Нет, больше – потому что искреннее.

Попробуйте-ка найти такую область жизни, которая не имела бы отношения к кулинарии и гастрономии. Даже искать не стоит: это ложно поставленная задача. Каждой из них найдется соответствие среди вкусов, рецептов, застольных традиций. Все человеческое выразимо языком еды: радость и тоска, любопытство и равнодушие, высокомерие и униженность.

Верно, значит, и обратное: еда имеет отношение ко всему. С чем бы сопоставить ее роль в человеческой жизни? Разве только с любовью. Подобно этой последней, еде дано соединять – до неразличимости – тело, душу и мир.